Евангелие с толкованием на 20 октября

Сегодня, в воскресенье, за богослужением читается Евангелие от Луки (Лк. 7, 11–16).

11 После сего Иисус пошел в город, называемый Наин; и с Ним шли многие из учеников Его и множество народа.

12 Когда же Он приблизился к городским воротам, тут выносили умершего, единственного сына у матери, а она была вдова; и много народа шло с нею из города.

13 Увидев ее, Господь сжалился над нею и сказал ей: не плачь.

14 И, подойдя, прикоснулся к одру; несшие остановились, и Он сказал: юноша! тебе говорю, встань!

15 Мертвый, поднявшись, сел и стал говорить; и отдал его Иисус матери его.

16 И всех объял страх, и славили Бога, говоря: великий пророк восстал между нами, и Бог посетил народ Свой.

Сегодняшнее евангельское чтение повествует нам о чуде воскрешения Господом сына наинской вдовы. Евангелист Лука довольно подробно описывает это событие, как, впрочем, и многие чудеса исцеления, которые совершает Спаситель. Как указывал один богослов, «в такие моменты в Луке просыпается врач».

Город Наин находился на расстоянии одного дня путешествия от Капернаума и лежал между городами Ендор и Сонам, где некогда Елисей воскресил ребенка сонамитянки (см. 4 Цар. 4, 18–37). До сего дня в десяти минутах ходьбы от Наина, по дороге к Ендору, сохранилось кладбище скальных могил, куда, скорее всего, и направлялась траурная процессия, которая встретилась у ворот города Спасителю, Его ученикам и множеству народа, который шествовал за Ним.

И вот эти две процессии встречаются: впереди одной – Господь Иисус Христос, впереди другой – покойник. Впереди одной – Жизнь, впереди другой – смерть. И разве могли они разминуться? Это поистине одна из самых трогательных историй, описанных в Евангелии. Евангелист Лука особо подчеркивает: выносили умершего, единственного сына у матери, а она была вдова (Лк. 7, 12). Это уточнение подразумевало следующее: в патриархальном обществе она осталась без всякой мужской поддержки, ее ожидала нелегкая судьба. И Господь сжалился над ней, то есть был тронут до глубины души. В греческом языке нет слова, которое бы сильнее передавало это сочувствие, и оно часто употребляется в Евангелиях.

Для древнего мира это было потрясающим чудом. Благороднейшим учением античности был стоицизм. Стоики считали, что для Бога более всего характерны безразличие и неспособность чувствовать вообще. Они рассуждали следующим образом: если один человек может вызвать печаль или сожаление, радость или веселье в другом, то он хотя бы на какой-то миг может повлиять на другого человека. Если он может повлиять на него, то он сильнее его. Но никто не может быть сильнее Бога; следовательно, никто не в силах повлиять на Бога, и значит – Бог лишен всяких чувств. Здесь же люди столкнулись с поразительным понятием Сына Божия, Которого до глубины души тронуло человеческое горе.

Лука говорит не только о сострадании Спасителя, но и о Его изумительной власти. Господь подошел к одру и прикоснулся к нему: это был не гроб, потому что на Востоке не хоронили в гробах, для этого часто использовали длинные плетеные корзины.

Блаженный Феофилакт пишет: «Не словом только Господь совершает чудо, но и одра касается, – чтобы мы познали, что Тело Его есть Тело жизни. Поскольку Плоть Его была собственной Плотью Слова, животворящего все, поэтому и сама животворит и разрушает смерть и тление. Мертвый, поднявшись, сел и стал говорить, чтобы кто-нибудь не подумал, что он воскрешен призрачно. А то, что он сел и начал говорить, было признаком истинного воскресения. Ибо тело без души не может ни сидеть, ни говорить».

Но, несмотря на такое чудо, наинские жители не верили еще во Христа как в Мессию, Он для них был только посланником Божиим, великим пророком, который должен помочь народу Божию.

В сегодняшнем евангельском чтении, мы становимся свидетелями чуда любви и сострадания Божия, побеждающего смерть. Размышляя над событием у ворот города Наин, мы с вами можем быть уверены, что смерть с пришествием Христа в этот мир побеждена, и теперь она успение – сон до того дня, когда Бог прикоснется к каждому со словами: тебе говорю, встань! Будем же помнить, что величайшим откровением нашей веры является уверенность в воскресении мертвых и жизни будущего века.

Толкование на Евангелие святителя Феофана Затворника (19 век).

Видит Господь мать плачущую о смерти сына и милосердует о ней; в другой раз позван был на брак, и сорадовался семейной радости. Этим показал Он, что разделять обычные житейские радости и печали не противно духу Его. Так и делают христиане истинные, благоговейные, со страхом провождающие жизнь свою. Однако, они различают в житейском быту порядки от порядков; ибо в них много вошло так

ого, на чем не может быть Божия благоволения. Есть обычаи, вызванные страстями и придуманные в удовлетворение их; другими питается одна суетность. В ком есть дух Христов, тот сумеет различить хорошее от дурного: одного он держится, а другое отвергает. Кто делает это со страхом Божиим, того не чуждаются другие, хоть он и не поступает подобно им, ибо он действует всегда в духе любви и снисхождения к немощам братий своих. Только дух ревности меру преходящий колет глаза и производит разлад и разделение.

Такой дух никак не может удержаться, чтоб не поучить и не обличить. А тот заботится лишь о том, чтобы себя и семью свою учредить по христиански; в дела же других вмешиваться не считает позволительным, говоря в себе: “кто меня поставил судьею”? Такою тихостью он располагает к себе всех и внушает уважение к тем порядкам, которых держится. Всеуказчик же и себя делает нелюбимым и на добрые порядки, которых держится, наводит неодобрение. Смирение в таких случаях нужно, христианское смирение. Оно источник христианского благоразумия, умеющего хорошо поступать в данных случаях.